Словарь средневековой культуры » Что такое «свободные искусства»?

Значение слова, определение и толкование термина

свободные искусства

svobodnyye iskusstva

(лат. artes liberales) - совокупность учебных дисциплин в средневековой школе, считавшихся также базовыми для дальнейшей подготовки ученых, специалистов в различных областях, в том числе теологии. Весь цикл делился на две части: тривиум (trivium) и квадривиум (quadrivium). В состав тривиума входили грамматика, риторика, диалектика, а квадривиум составляли арифметика, геометрия, музыка, астрономия. Идея и составные части этого цикла предметов были заимствованы средневековой педагогикой из античной научно-дидактической традиции. До окончательного оформления их в том виде, который отвечал требованиям христианской морали, изменению отношения к миру и знаниям, произошедшему в V—VI вв., в школах Запада учителя следовали в основном тем дидактическим правилам, которые были сформулированы в отношении образования в Древней Греции и Риме.

Начиная со времен античности канон учебных дисциплин находился в состоянии постоянной эволюции. Уже Платон впервые разделил все образовательные предметы на две группы - низшую, состоявшую из гимнастики, музыкальных упражнений и обучения письму, и высшую, куда входили арифметика, геометрия, музыкальная теория и астрономия. Эта четверка «свободных» предметов в последние дни существования независимой Греции и Римской республики объединилась с т. н. «практическими» штудиями софистов. Варрон, писавший о программах эллинистических школ, включал туда все семь предметов, прибавляя к ним медицину и архитектуру. Педагоги поздней Римской империи не имели единой устоявшейся точки зрения на концепцию «С.ых И.» и в своих высказываниях опускали то один, то другой предмет, и л ишь к кон. IV в. канон греческих школ стал достаточно строго фиксированным. В таком виде он переходит в трактат латинского писателя Марциана Капеллы «О браке Филологии с Меркурием», появившийся в нач. V в.(?) и посвященный непосредственно «семи С.ым И.ам». Это сочинение представляет достаточно сухое аллегорическое описание свадьбы Меркурия и Филологии, где каждая из семи подруг Филологии — Грамматика, Риторика, Диалектика, Геометрия, Арифметика, Астрономия, Гармония-описывает свои функции. Именно в это время представители христианской культуры осознали полезность данного курса наук и стали писать о «С.ых И.ах».

Состав и фактическая наполняемость предметов, входивших в цикл «С.ых И.» и преподававшихся в школах Запада в V в., время от времени менялись. В школах, основанных Иоанном Кассианом, это был элементарный курс, направленный исключительно на подготовку к монашеской жизни; он включал в себя основы грамматики и арифметики. Неофит должен был научиться читать, чтобы изучать Библию, писать, чтобы копировать книги, и считать, чтобы вычислять дни и даты церковных праздников. Изучение основных грамматических правил и начальное обучение чтению базировалось на текстах св. Писания и латинских церковных авторов, поскольку содержание античных авторитетов отвергалось ввиду его духовного несоответствия задачам воспитания христианина.

В принятии всех дисциплин античного цикла в качестве образовательных большую роль сыграл в западной христианской культуре Августин, писавший об их значении для интеллекту ально-нравственого образования в трактатах «О порядке» и «О христианском учении». Епископ Гиппонский считал, что изучение «свободных» наук готовит человека к постижению истины. «Се И.а» позволяют понять суть, содержание материальных вещей, приводя в конечном итоге к цельности и единству человеческого знания и человеческой натуры, идеально подготавливая к постижению божественного. Овладение светскими знаниями, заключавшимися в «семи С.ых И.ах», составляет, по его мнению, третью из семи ступеней, ведущих к достижению мудрости. Августин впервые в западной научно-дидактической христианской традиции обратил внимание на роль разума как изобретателя всех знаний и источника оформления наук. Он считал, что законы наук не были учреждены людьми, но только открыты. Августин впервые выявил процесс эволюции этих дисциплин, дав образец для позднейших построений средневековья. По его мнению, грамматика сформировалась на основе грамотности, которой разум придал деление на формы, роды и т.д., оформил правила. Затем были изобретены риторика и диалектика: диалектика требовалась от учителя, а риторика предоставляла возможность словесно оформлять мысли. На более высокий уровень Августин ставил предметы квад-ривиума. Так, к квадривиуму он относит музыку, соединяющую в себе чувственное и разумное начала. Августин считал, что в ней и в литературе разум систематизировал звуки по характеру, по долготе и краткости, ритму. Весь круг высших предметов, по мнению Августина, пронизывают числа. В геометрии, арифметике, астрологии он видит единую попытку установить систему, основанную на гармонии чисел. В области работы с формами и образами была изобретена геометрия, в собственно исчислениях - арифметика, в движении звезд - астрология. Обращение к числу как формо- и структурообразующему началу высших наук не случайно. Августин исходил из практической применимости этих наук к постижению и толкованию текстов св. Писания, а символическая экзегеза занимала в его трудах большое место. Поэтому среди всех наук он выделял, в первую очередь, математические и логику (как необходимую для опровержения ересей).

Однако настоящими законодателями в области понимания «семи С.ых И.» и их применения в обучении в средневековых школах стали Боэций и Кассиодор, чьи труды по основным предметам цикла были базовыми для всех школ Европы по меньшей мере до эпохи высокого средневековья. Исходя из задачи приспособления античного образовательного наследия к нуждам христианского мира, Боэций не только в доступной форме изложил достижения античной науки в сфере «С.ых И.», но и определил их структуру, отвечающую запросам христианского мира. Боэций окончательно закрепил разделение «С.ых И.»на тривиум и квадривиум (термин quadrivium впервые употреблен им). Создавая новую систему и методику подачи учебного материала, Боэций определил новый тип педагогического и научного мышления, использующий во многом фактический материал и отчасти формальную сторону античной педагогики и античного знания, но в то же время противоположный им по внутреннему содержанию и конечной цели. Боэций рассматривает обучение по циклу математических дисциплин как подготовку к занятиям истинной наукой - философией. Кассиодор объединил духовное и светское образование, окончательно определив тем самым развитие указанного цикла в рамках новой христианской традиции. В своем «Наставлении в науках» он впервые использовал термин «семь С.ых И.». Им посвящена вторая часть трактата. Кассиодор завершает окончательную разработку тривиума и квадривиу-ма, разбирая каждый предмет по единой системе: анализирует его происхождение, перечисляет ученых, которые им занимались, и их труды, формулирует основные разделы и определения, присущие данному предмету. Впервые в христианской традиции Кассиодор дает и символическое истолкование необходимости выбора именно этого числа предметов. Оно тесно связано с библейской экзегезой: семь предметов вечны и взаимосвязаны, как семь дней недели, постоянно сменяющие друг друга, ибо числом 7 в Писании выражается вечное и неизменное (семикратные молитвы Господу, семь столпов в Доме Премудрости и т.д.)- Как и для Августина, для него все эти учебные предметы имеют практическую пользу на пути познания Господа и не самоценны как таковые. В понимании Кассиодора, грамматика - искусство изысканной речи, и ее цель - привить способность совершенно говорить и писать. При характеристике грамматики он опирается на пособие Доната, вводя те же грамматические категории и разделы. Вся грамматика делится на десять разделов: членораздельная речь, буквы, слоги, стихотворные размеры, ударения, пунктуация, восемь частей речи, иносказания, этимологии, орфография. По сути его трактат не дает развернутого содержания самих «С.ых И.», а лишь предлагает устоявшиеся систематизированные определения. Риторика, в понимании Кассиодора, есть искусство рассуждать по гражданским вопросам. Он заимствует классическое деление риторики на пять частей: нахождение, представляющее собой систематизацию содержания речей и доказательств; расположение - правильное распределение аргументов; стиль - учение о подборе слов; запоминание речи и произнесение. Он подразделяет требующие применения риторики дела на три рода (показательные, совещательные и судебные), выделяет виды умозрительных положений, анализирует состав речи, распределение доказательств и т.д., тесно увязывая материал с юридической практикой. Характеризуя диалектику (логику), Кассиодор фактически приравнивает ее к философии. Для него это важнейшее из всех «искусств» делится на созерцательную и практическую философию. Практическая философия объясняет в большей степени материальные явления и потому состоит из моральной (ее предмет - человек), хозяйственной (дом) и гражданской (государство) частей. Созерцательная философия состоит из натуральной (исследующей природу вещей), божественной и доктринальной (изучающей абстрактное количество). Последняя в свою очередь делится на предметы квадривиума. Поскольку все предметы квадривиума изучают абстрактные величины, Кассиодор объединяет их (не смешивая) понятием «математика». В толковании арифметики и классификации чисел, которые делятся начетные, нечетные, первичные, простые, предметные, совершенные, недостаточные и т.д., он следует за Пифагором и Боэцием. Его уважение к числу как принципу, пронизывающему все предметы математического цикла, столь же велико, как и у Августина. Практическая ценность арифметики, по Кас-сиодору, заключается в возможности высчитывать даты христианских праздников, а также вести счет времени, деньгам и т.п. Музыка, в его понимании, пронизывает все сферы человеческого бытия, и в этом суждении также заметно влияние предшественников. Как наука музыка рассматривает отношение числа к звуку, но как принцип она есть своего рода пантеистически понятая гармония мира и всего сущего. Следуя за традицией, Кассиодор разделяет музыку на гармонию, ритмику и метрику, сообщает о трех видах музыкальных инструментов, о созвучиях и шести интервалах, о пятнадцати музыкальных тонах и т.д. В разделе о геометрии — «науке о неизменных величинах и фигурах» - он кратко выделяет пять основных разделов (плоские фигуры, численная величина, относительная и безотносительная величина, объемные фигуры). Своеобразным венцом математических наук является астрономия, изучающая движение небесных тел и их формы, расположение звезд. Важность астрономии определяется ее предметом - небесами, что позволяет максимально приблизиться разумом к горнему миру. Следуя за Августином, Кассиодор считает все семь предметов своего рода приготовлением к постижению Писания, что и определяет их практическую пользу.

Разделение «семи С.ых И.» на тривиум и квадривиум в указанном составе в дальнейшей традиции было еще раз зафиксировано Исидором Севильским в его «Этимологиях», энциклопедическом труде, призванном охватить все знания своего времени. Первые три из 20 книг «Этимологии» касаются «семи С.ых И.». Факты и объяснения, которые там содержатся, отмечены известным отступлением от высоких классических образцов в обучении; тем не менее начиная с VII в. данная программа становится традиционной для средневекового образования, а ссылки на Исидора как авторитета в области школьных наук - общим местом.

С VI по XII в. происходило периодическое выдвижение на первый план различных предметов, да и качество их преподавания было различным. До XII столетия, в пору безраздельного господства в письменной культуре латинского языка, диалектика и математика были развиты слабо, и упор делался на изучение грамматики и риторики. Однако к концу указанного периода, с развитием схоластики на первый план выходит диалектика. Характерным являлось и то, что содержание предметов трактовалось широко, и практические результаты обучения зачастую контрастировали с заявленными целями. На практике грамматика была по сути введением в литературу, и после некоторого овладения латинским языком через изучение пословиц, басен и эпиграмм ученики начинали чтение классических и христианских авторов. Наиболее читаемыми были, вероятно, «Энеида», произведения Теренция, Горация, Стация, Лукана, Персия и Ювенала, а также сочинения Пруденция и Седулия. Греческая литература была практически неизвестна на языке оригинала - ее читали только в переводах. Риторика в действительности превращалась в обучение навыку составлять официальные юридические документы и письма (позднее эта часть риторики выделилась в отдельную отрасль, известную под названием ars dictaminis). Диалектика на практике скорее напоминала современную формальную логику и лишь в более поздние времена обратилась к метафизическим проблемам. Арифметика превратилась в самостоятельную отрасль знания лишь к X в. Геометрия включала в себя сведения и по географии.

Настоящая реформа в деле школьного образования и содержательной стороны обучения произошла в эпоху каролингского возрождения. Изменение программы обучения затронуло как светские, так и церковные школы. Характерно, что в эпоху Каролингов преподавание «семи С.ых И.» и других предметов (особенно грамматики, чтения и пения) могло вестись не только на латинском, но и на родном языке (Франкфуртский капитулярий 794 г.). Образцовая общеобразовательная программа преподавания существовала в Европе на тот момент лишь на территории Англии, в Йоркской школе (к «семи С.ым И.ам» здесь добавлялись юриспруденция, медицина и поэзия). По образцу этой школы строили свою деятельность все школы каролингской державы. Начало школьной реформе было положено Алкуи-ном, до переезда во Франкское королевство возглавлявшим школу в Йорке.

Круг всех предметов, по мысли Алкуина, распадался на богословские и философские (этику, логику и т.д.). Рабан Мавр в своем трактате «О воспитании клириков» ввел иное деление: божественные и человеческие. По традиции Алкуин считал, что книжная премудрость соотносится с божественной и поддерживается при помощи семи столпов или степеней, «семи С.ых И.». Он подчеркивал преемственность между современной ему школой и античными мудрецами, с одной стороны, и учителями и отцами церкви - с другой. Цель «С.ых И.» рассматривается им традиционно: они важны не как самостоятельные науки, но как средство для достижения высшей цели - освоения св. Писания. Потому занятиям теологией должно предшествовать овладение «семью С.ыми И.ами». К идее воспитания христианского народа Алкуин в духе времени добавил и идею подготовки к служению императорской власти. Рабан Мавр сформулировал точное содержание всех «семи С.ых И.». Алкуину и Рабану Мавру принадлежит заслуга в определении логического порядка тривиума, направленного на знакомство с языком. После этого подготовительного курса следует изучение предметов квадри-виума.

Учебник Алкуина по грамматике практически заменил собой грамматики Доната, Присциана и других. В нем были даны 26 составных элементов грамматики, 8 частей речи, причем выявлялась взаимосвязь каждой последующей с предыдущей; объяснена их этимология, правила орфографии и метрики и т.д. С точки зрения понимания предметов цикла как ступеней к постижению Библии рассмотрены и риторика с диалектикой, которые вместе составляли логику. Этому посвящен «Диалог о риторике и добродетелях», в котором доказывается, что риторика покоится на началах разума и добродетели. Риторика считалась практически прило-жимой в решении гражданских вопросов. Эта дисциплина делилась на пять частей, как и у Кассиодора. Однако предмет риторики не определен и не разработан, а в новых условиях старые античные формы уже не могли быть использованы в традиционном виде. Диалектика представлялась Алкуину частью философии.

Учебники Алкуина были наполнены многочисленными примерами из классических авторов, которые учащиеся должны были заучивать наизусть. Для этой цели специально составлялись сборники, куда запрещалось включать л ишь то, что относилось к половой любви или языческим богам. Отношение к предметам квадривиума было более сложным - предметы этого цикла считались практически мало пригодными, поэтому их изучали выборочно. Арифметика раскрывалась в объеме, необходимом для понимания соответствующих мест св. Писания. Часто арифметические задачи заключались в раскрытии сокровенного смысла цифр в библейском тексте. Точных сведений о методике и содержании геометрии у Алкуина нет. Зато Рабан Мавр отмечает возможную пригодность геометрии в практической жизни, говоря о развивающем влиянии практики измерения тел на рассудок. Общая задача астрономии заключалась в том, чтобы способствовать познанию Бога через созерцание красот природы и благоустроенного мирового порядка. В практическом смысле с ее помощью предполагалось вычислять дни церковных праздников. Астрономия подразделялась на две части: собственно астрономию и астрологию. Первая трактовалась как наука о законах движения звезд, а астрология исследовала их сущность, природу и силу воздействия на окружающий мир. В курсе астрономии изучались вопросы движения солнца, луны и планет, знаки Зодиака, созвездия, причины лунного и солнечного затмений. Практические наблюдения проходили на крышах зданий. Музыке, благодаря интересу к ней самого Карла Великого, уделялось особое внимание, по преимуществу музыке вокальной.

Школы делились на так называемые scholae minores и scholae maiores. В школах первого типа ученики получали начальное образование, постигая отдельные части предметов цикла. Их учили чтению, счету, псалмам, невмам, пению и грамматике (об этом говорят капитулярий 789 г. и определение Шалонского собора 813 г.). Школы второго типа иногда различались между собой количеством и номенклатурой преподаваемых предметов из цикла «С.ых И.» В некоторых изучали все семь (т. н. ad plenum) «искусств», но в большинстве таких школ ученики проходили тривиум и один-два предмета из квадривиума. Были и такие школы, где количество предметов в каждом цикле не превышало одного-двух. Единой программы в этих школах не существовало, так как преподавание зависело от интересов руководителей, образования и личных наклонностей учителей и т.п.

В X в. преподавание «семи С.ых И.» продолжалось по традиционным учебникам Боэция и др. При этом в ряде монастырских школ (Санкт-Галлен и др.) сохранялась практика прохождения предварительного пропедевтического трехлетнего курса, включавшего обучение письму (что осуществлялось посредством многократного копирования фраз, содержавших все буквы алфавита, вроде adnexique globum zephyrique fraeta kanna secabant), чтению (грамотное чтение Псалтыри вслух, с правильным произношением и артикуляцией), арифметике (считать, используя римские цифры) и началам грамматики (основные части речи, наклонения, спряжения), основам пения. После этого ученики переходили к изучению предметов тривиума. Грамматика изучалась по-прежнему по учебникам Доната и, для более продвинутых учащихся, Присци-ана. Школьники не ограничивались простым запоминанием правил латинского языка; они разучивали их на примерах из классических авторов, после чего составляли самостоятельные поэтические и прозаические тексты. Правила поэтического стихосложения изучались на примере Вергилия и христианских латинских поэтов. Риторика, не нужная в монашеском мире, где приветствовалось молчание, практически свелась к искусству писать письма и юридические документы в соответствии с установленными формами. Терминология риторики постепенно становилась техническим словарем эпистолярного стиля. Толкование диалектики, определение ее практической потребности и, как следствие, содержания, сводилось к умению опровергать еретические заблуждения и доктринальные уклонения. Переходя к изучению квадривиума, ученики начинали с сочинения Марциана Капеллы «О браке Филологии с Меркурием», считавшегося в монастырских школах достаточно трудным для понимания. Параллельное обучение математическим дисциплинам, геометрии, музыке, астрономии шло по учебникам Боэция. Цель обучения «семи С.ым И.ам» оставалась та же: подготовка к изучению теологии. Петр Альфонси (1062 — после 1110) в трактате «Наставления клирику» включает в состав «семи наук» диалектику, арифметику, геометрию, физику, музыку и астрономию. Седьмой наукой является (на выбор) чернокнижие (философия) или грамматика. К нач. XI в. в монастырских школах наметилась более явственная специализация, особенно в том, что касалось теологии или канонического права. Это отразилось и на самом понимании традиционных дисциплин.

В нач. XII в. в монастырской учительной традиции происходит некоторый сдвиг, связанный с увеличением роли схоластики в культурной жизни общества. Новое понимание значения и содержания предметов цикла «С.ых И.» нашло развернутое отражение в сочинении Гуго Сен-Викторского «Дидаска-ликон» (20-е гг. XII в.). Пожалуй, впервые в средневековой традиции он четко поясняет, почему эти «искусства» называются свободными, - они обращены к свободным, ищущим душам, способным проникать в причины вещей, в древности их изучали свободные и благородные люди, плебеи же занимались «механическими искусствами», которых он также насчитывает семь. Предметы тривиума составляют логику - одну из четырех частей философии; это необходимое средство для познания другой части философии - те-ории, которую составляет квадривиум. Принцип восхождения в обучении от тривиума к квадривиуму проявляется у Гуго в том, что, по его мнению, предметы тривиума есть науки о словах, являющихся внешней формой вещей, а дисциплины квадривиума -науки о понятиях, составляющих их внутреннюю суть. Таким образом, по Гуго, усвоение «семи С.ых И.» было необходимым и отчасти достаточным условием при подготовке философа, ибо «без них философия ничего не может и не способна ни объяснить, ни определить». Полнота и качественность знания философии напрямую зависит от последовательного и полного усвоения содержания «семи С.ых И.», так что, не зная хотя бы одной науки, нельзя считаться философом; говоря о важности этих предметов, он ставит их на один уровень со знанием св. Писания. Гуго продолжает идущую от Августина традицию объяснения возникновения «семи искусств»: он говорит об открытии законов и правил, о роли древних в накоплении знаний и т.д., источником же «искусств» считает божественную мудрость, ибо смысл и конечная цель их - помочь людям обрести божественное подобие. Предметы квадривиума составляют, по его мнению, математику; последняя имеет дело с абстрактным количеством. Количество отождествляется им с формой. А поскольку формы делятся на величины и множества, величины — на подвижные и неподвижные, множества — на самостоятельные и относительные, то арифметика занимается самостоятельными множествами (полные цифры), музыка - относительными (дроби), геометрия - неподвижными величинами, а астрономия - подвижными. Подобная четвертичность деления находит аналогию в четвертичности души и тела. Интересны и этимологии обозначений предметов квадривиума: по мнению Гуго, название арифметики происходит от греческих слов «доблесть» и «число», ибо в основе всего лежат числа. Астрономия получила свое название от «закона звезд», а музыка от слова «вода», ибо без жидкого начала невозможно существование эвфонии (благозвучия). В методике преподавания «семи С.ых И.» Гуго предлагает строгий порядок прохождения дисциплин и чтения необходимой литературы, который полностью соответствует традиции (грамматика, риторика, диалектика, арифметика, геометрия, астрономия, музыка): каждый последующий предмет по содержанию как бы вытекает из предыдущего. Во избежание путаницы при изучении одного предмета не следует давать материал другого, выделяя особенное; соотносить же положения разных наук стоит уже после того, как ученик постиг их суть, взаимосвязь и последовательность.

Эти тезисы, касающиеся «семи С.ых И.», впоследствии восприняли и Иоанн Солсбе-рийский («Поликратик») и Ришар Сен-Вик-торский. При этом они обращали внимание на необходимость учитывать возрастные и социальные особенности учащихся. Так, Ришар не рекомендует ученикам церковных школ слушать физику и изучать светское право. Следует, однако, отметить, что, судя по всему, практическое обучение «С.ым И.ам» детей мирян сводилось к чтению на латинском языке, а также к постижению основ математических дисциплин. В XIII в. толкование «семи С.ых И.» не претерпевает значительных изменений. Эгидий Колонна (1246/1247-1316) во многом вторит Гуго Сен-Викторско-му при определении содержания, «благородства» и практической полезности предметов цикла, делая, правда, больший акцент на их значимости для политиков и людей практических профессий. Вместе с тем в его взглядах прослеживается изменение подхода к остальным предметам, не входившим в этот цикл. «Семь С.ых И.» как теоретические дисциплины важны в первую очередь для теологов, но остальные науки - метафизика, естественная философия, этика, политика, домоводство - в повседневной жизни важнее. Обучение «С.ым И.ам» он советует начинать с семи лет, делая при этом упор на предметы тривиума, а с четырнадцати лет углубленно изучать не только их, но и все другие науки, включая квадривиум.

Литература: Рамм Б. Я. К вопросу об источниках по истории школы в каролингскую эпоху // Уч. зап. ЛГПИ им. А.И. Герцена. 1948. Т. 68. С. 135-142; он же. «Каролингское возрождение» и проблемы школьной образованности в раннем средневековье // Уч. зап. ЛГПИ им. М.Н. Покровского. 1949. Т.V. Исторический фак-т. Вып. 1.С. Sill 6; Уколова В.И. Античное наследие и культура раннего средневековья. М., 1989; она же. Боэций и формирование системы квадривиума // Сб. научных трудов аспирантов исторического факта МГУ им. М. В. Ломоносова. М., 1970. С. 243-266; Фортунатов A.B. Алкуин как деятель каролингского возрождения // Уч. зап. МГПИ. 1941. Т. III. Кафедра исторического фак-та, вып. 1. С. 26-46; Abelson P. Seven liberal arts. N.Y., 1965; Eby F., Arrowood С. The history and philosophy of education. N.Y., 1946; Graves F.P.A history of education during the Middle Ages. N.Y., 1910; Reece B. Learning in the tenth century. Greenville, 1968; Studien und Texte zur Geistesgeschichte des Mittelalters. Bd. 5. Artes liberales. 1959; Taylor И.О. The medieval mind. Vol. 1-2. L., 1930.

M. A. Тимофеев

  • ВКонтакте

  • Facebook

  • Мой мир@mail.ru

  • Twitter

  • Одноклассники

  • Google+

См. также

  • Раздел средневековой христианской теологии (западных ветвей христианства), рассматривающий вопрос о демонах и их сношениях с людьми. Д. пр

  • (аллюз. на стих. "Скорпион" К. Бальмонта, в к-ром поэт сравнивает себя со "скорпионом - гордым, вольным") О, белый Валаам, Воспетый Скорпионом С к

  • Азазель(евр. 'aza'zel)в представлениях иудаизма демоническое существо. В Библии А. упоминается только в контексте описания ритуала «дня искупл